Деникин и морские кадеты


На снимке 1918 года – командующий русской Добровольческой армии генерал Антон Иванович Деникин и один из офицеров английской военной миссии.

А. И. Деникин начал биографию боевого офицера в сражении под Мукденом во время русско-японской войны – тогда он был начальником штаба Забайкальской казачьей дивизии генерала П.К. Ренненкампфа. После этого прошли еще несколько лет штабной работы, которая не нравилась Деникину и, когда началась первая мировая Деникин сделал все возможное, чтобы уйти из штаба на передовую. 6 сентября 1914 года он, наконец, получил должность начальника 4-й стрелковой бригады в армии генерала Брусилова – под его руководством бригада стала дивизией и за свой героизм получила название "Железной". Командуя "железными стрелками", Деникин за успешные операции и личный героизм был награжден Георгиевским оружием, орденами Святого Георгия 4-й и 3-й степени и Золотым Георгиевским оружием с бриллиантами, а в 1915 году досрочно произведен в генерал-лейтенанты. Участвовал в знаменитом "брусиловском прорыве" 1916 года.

После Февральской революции Деникин по мере возможности противодействовал демократизации армии: в "митинговой демократии", деятельности солдатских комитетов и братании с противником он видел только "развал" и "разложение". Генерал понимал, что самодержавие пало в силу неизбежных исторических законов, но глядел в будущее "с тревогой и недоумением" – позже он писал в своих "Очерках русской смуты", что ""нет силы в той безумной вакханалии, где кругом стремятся урвать всё, что возможно, за счёт истерзанной Родины, где тысячи жадных рук тянутся к власти, расшатывая её устои".

В апреле – мае 1917 Деникин являлся начальником штаба Верховного главнокомандующего, затем главнокомандующим Западным и Юго-Западным фронтами. По обвинению в участии в т.н. "корниловском мятеже" вместе с другими офицерами был арестован Временным правительством. После большевистского переворота в октябре 1917 года по приказу генерала Духонина был освобожден и тайно уехал на Дон, где вместе с М. Алексеевым и Л. Корниловым приступил к созданию "белой гвардии" – русской Добровольческой армии. После неудачного штурма Екатеринодара в 1918 году и гибели Корнилова Деникин стал главнокомандующим Добровольческой армией, а в 1919 возглавил Вооруженные силы Юга России (ВСЮР).



На территориях, которые контролировались армией Деникина, предпринимались попытки к налаживанию нормальной жизни. Там, где позволяла обстановка, возобновлялась работа заводов и фабрик, железнодорожного и водного транспорта, открывались банки и велась повседневная торговля. Были установлены твердые цены на сельскохозяйственные продукты, принят закон об уголовной ответственности за спекуляцию, восстанавливались в прежнем виде суды, прокуратура и адвокатура, избирались органы городских самоуправлений, свободно действовали многие политические партии вплоть до эсеров и социал-демократов, почти без ограничений выходила пресса. Деникинским Особым Совещанием было принято прогрессивное рабочее законодательство с 8-часовым рабочим днем и мерами по охране труда.

С середины октября 1919 г. положение белых армий Юга заметно ухудшилось. Тылы были разрушены махновским рейдом по Украине, к тому же против Махно пришлось снимать войска с фронта, а большевики заключили перемирие с поляками и с петлюровцами, высвободив силы для борьбы с Деникиным. Зимой 1919-1920 г. г. деникинские войска оставили Харьков, Киев, Донбасс, Ростов-на-Дону. В Кубанской армии началось разложение, казаки стали массово сдаваться в плен красным или переходить на сторону «зелёных», что повлекло за собой развал фронта белых, отступление остатков Белой армии в Новороссийск, а оттуда 26-27 марта 1920 г. отход морем в Крым. 7 февраля 1920 года погиб адмирал Колчак и Деникин был вынужден оставить пост Главнокомандующего ВСЮР, передал командование барону Врангелю и в тот же день отбыл в Англию (через Константинополь).

Вечером 22 марта (4 апреля) 1920 года миноносец британского военно-морского флота «Emperor of India» вывез Антона Деникина и сопровождающих его лиц, среди которых был генерал Романовский, из Феодосии в Константинополь. С момента отъезда из Крыма он считался гостем британского правительства и находился под покровительством Великобритании. В Константинополе Деникин и его близкие (всего десять человек) оказались совершенно без средств – весь наличный "капитал" русского генерала составил менее 13 фунтов стерлингов. После гибели Романовского, который был убит в здании русского посольства, Деникин с семьей переправляется в Англию.

"Таймс" так отметила известие о появлении Антона Ивановича на английской земле: "Приезд в Англию генерала Деникина, доблестного, хотя и несчастливого командующего вооруженными силами, которые до конца поддерживали на Юге России союзническое дело, не должен пройти незамеченным для тех, кто признает и ценит его заслуги, а также то, что он пытался осуществить на пользу своей родины и организованной свободы. Без страха и упрека, с рыцарским духом, правдивый и прямой, генерал Деникин – одна из самых благородных фигур, выдвинутых войной. Он ныне ищет убежища среди нас и просит лишь, чтобы ему дали право отдохнуть от трудов в спокойной домашней обстановке Англии…»



Покоя, однако, генерал Деникин не дождался – русская эмиграция желала использовать его имя в борьбе с большевиками, да и финансовые дела были очень плохи. Деникин отказывался от денег из прежних русских государственных сумм, находившихся в заграничных банках в распоряжении российских послов. Их ему предлагал Милюков, но генерал заявил, что об этом не может быть и речи, так как деньги казенные, а он – частное лицо. Не захотел он принять и "милостыню" от британского правительства, предложившего ему поселиться в одном из поместий и жить там совершенно бесплатно. Семья кое-как выкручивалась, экономя на всем – Антон Иванович щеголял в своей старой военной форме, в дождевике и клетчатой кепке.

После Англии была Бельгия, Венгрия. Деникин продолжал занятия литературным трудом, писал исторические очерки. Весной 1926 года генерал вместе с семьей переехал во Францию.

В середине 30-х годов у части русской эмиграции в Париже появилась надежда на "новую интервенцию" в Россию из Германии, которая принесет долгожданное "освобождение" и позволит вернуться на Родину. Деникин выступал резко против таких настроений, называя Гитлера "злейшим врагом России и русского народа". Он доказывал необходимость поддержки Красной армии в случае войны, предрекая, что после разгрома Германии она «свергнет коммунистическую власть» в России.

На приглашение немецкого командования в 1940 году переехать в Германию и в хороших материальных условиях продолжить историко-литературную работу он ответил отказом. В июне 1945 г., опасаясь насильственной депортации в СССР, переехал в США вместе с женой. Как гласит семейная легенда, когда Деникин спускался по трапу с парохода в Нью-Йорке, в его кармане было 8 долларов.

Некоторое время Деникины жили в Нью-Йорке, где он продолжал заниматься литературной деятельностью. Им были написаны мемуары «Путь русского офицера» и книга «Вторая мировая война, Россия и зарубежье». 11 июня 1946 г. Деникин отправил правительствам Великобритании и США записку-меморандум «Русский вопрос». Анализируя внутреннее положение СССР, он отмечал, что, хотя Советскому правительству третья мировая война и не желательна, мировая революция остается конечной целью коммунизма, и правительство Сталина будет стараться «взорвать мир изнутри». При этом он особо подчеркивал: "Если западные демократии, спровоцированные большевизмом, вынуждены были бы дать ему отпор, недопустимо, чтобы противобольшевистская коалиция повторила капитальнейшую ошибку Гитлера, повлекшую разгром Германии. Война должна вестись не против России, а исключительно для свержения большевизма. Нельзя смешивать СССР с Россией, советскую власть с русским народом, палача с жертвой. Если война начнется против России, для ее раздела и балканизации (Украина, Кавказ), или для отторжения русских земель, то русский народ воспримет такую войну опять как войну Отечественную".

7 августа 1947 г., на 75-м году жизни, Деникин скончался от повторного сердечного приступа в госпитале Мичиганского университета (г. Анн Арбор). Последние его слова, обращенные к жене Ксении Васильевне, были: «Вот, не увижу, как Россия спасется».



Деникин был похоронен с воинскими почестями (как бывший главнокомандующий одной из союзных армий времен Первой мировой войны) сначала на военном кладбище Эвергрин (г. Детройт). 15 декабря 1952 г. останки его были перенесены на русское кладбище Св. Владимира в Джексоне (штат Нью-Джерси). Его супруга Ксения Васильевна была похоронена на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа под Парижем.

Говорят, что инициатива перенести прах Антона Ивановича Деникина в Россию первоначально поступила от дочери великого генерала, Марины Антоновны Деникиной-Грей. Она получила российское гражданство, а в октябре 2005 года в некрополе Донского монастыря состоялось торжественное перезахоронение останков генерала Антона Ивановича Деникина, его жены Ксении Васильевны (1892—1973), русского философа Ивана Александровича Ильина (1883—1954) и его супруги Натальи Николаевны (1882—1963).

Уже два с лишним года стоят эти скромные деревянные кресты со стандартными табличками на них. В 2007 году между ними появилось небольшое каменное надгробие – сюда перенесли прах еще одного русского генерала, участника Гражданской войны – В. О. Каппеля.



Гуляя сегодня по некрополю Донского монастыря, я встретил здесь воспитанников морских кадетских классов вместе со своим наставником. Эти четверо пришли почтить память своих соотечественников – генерала и философа.



Каждое воскресенье кто-нибудь из кадетов приходит сюда. Руслан и Дмитрий, получив свечи от своего наставника, зажигают их и ставят в маленькие лампадки на снегу.




После того, как свечи заняли свое место, Руслан тщательно утрамбовывает снег ладонью. Это была только первая часть их сегодняшнего визита к Деникину.




Главное, зачем они сюда пришли – несение почетного караула у могил великих предков. Все по-настоящему, серьезно, по-военному аккуратно и четко. Младшие Глеб и Руслан выслушивают инструктаж наставника, разводящий караула Дмитрий ожидает команды.




Скользя по льду, не совсем в ногу, но стараясь изо всех сил, караул отправляется на пост.




Развод караула.




Минут десять или пятнадцать мальчишки под строгими взглядами старших и щелканье моего фотоаппарата не шелохнувшись стоят возле крестов. Руслан высоко поднял голову – видимо, так учили или где-то видел. Десятилетний Глеб стоит просто ровно глядя перед собой.




Караул снят – кадеты снимают шапки, становятся в ряд. "Во имя отца и сына...", крестятся "щепоткой" не очень умело, но старательно. Эта часть торжественного церемониала выглядит не так естественно, как остальное и видно, что ребята спешат её закончить побыстрее.




В обратный путь караул отправляется куда более слаженным шагом. Я прощаюсь с ребятами и их командиром – мне говорят, что у их школы замечательный военно-морской музей, приглашают в гости.

Надо бы съездить, посмотреть.

ч/б фотографии: Bettmann
цвет. фотографии: drugoi
по материалам Википедии и сайта www.denikiny.ru