Из серии «Как это делается» | Личный фотограф президента



— Это вы Рустем? — спрашивает меня девушка, сидящая у дверей автобуса.

— Угу, я, — отвечаю, беру у девушки пачку бумаг с программой и тащусь с сумкой на заднее сиденье.

Пятница, раннее утро, темно, холодно и дождь, как из ведра. Рядом с глухими железными воротами, закрывающими от посторонних глаз территорию аэропорта «Внуково-2», стоит автобус, в котором собираются журналисты «кремлевского» пула. Президент Медведев летит сегодня в Казань, где начинается форум «Россия — спортивная держава». Пресс-секретарь, как мы и договаривались еще летом, предложила съездить туда вместе с пулом, чтобы посмотреть «кухню» информационного обеспечения поездки президента по стране.

Еще в автобусе, читая список журналистов и программу поездки, обнаруживаю рядом со своей фамилией приписку «следует с кортежем». Пока не понимаю, что это значит, сижу смирно, жду, когда поедем к самолету. Журналисты летят «передовым» бортом, впереди «основного». Автобус подвозит нас к зданию аэропорта, на ярко освещенной площадке перед ним стоит наш Air Force One — президентский «Ил-96». У нас проверяют сумки, пропуская их через обычный аэропортовский сканер. Минут десять ждем в зале, потом садимся в автобус и едем на летное поле, где стоит наш самолет. Странно, что никто не проверил у меня паспорт, не посмотрел, а я ли это, на самом деле.

До Казани лететь чуть больше часа. Бортпроводницы еле успевают разнести подносы с завтраком, как «тушка» начинает заходить на посадку. Снижаемся, внизу Волга. В Казани холодно, но сухо, рядом со зданием аэропорта березки совсем желтые, засыпали всё своей листвой. Кажется, я прилетал сюда в последний раз еще в детстве, с отцом и мамой. Помню, тогда взяли такси, но вернулись с полдороги — отец забыл на стоянке чемодан с подарками. Вернулись минут через двадцать — ничего, стоит, никто не тронул.

Выходим из самолета, садимся в автобус. Он подъезжает к колонне автомобилей, меня высаживают, остальных журналистов увозят на первую «точку» — в тот день это была Академия тенниса. Садимся в микроавтобус, начальник службы аккредитации говорит мне, что я сегодня буду работать в режиме «личника», вместе с Димой Астаховым. Сюрприз, конечно, я к такому не готовился. Около часа ждем прибытия основного борта, пьем чай, гуляем. «Ил-96» прибыл, заруливает на площадку. Вся колонна автомобилей подъезжает к самолету, мы выходим, работа началась.


К самолету подгоняют два трапа. С кормы выходят сопровождающие, главный трап — для президента. Несут ковер, двое служащих быстро раcстилают его на бетонной полосе.




Встречающие уже здесь, ежатся на холодном ветру. Минтимер Шаймиев показывает девушкам, которые держат подносы с хлебом и чак-чаком, чтобы те подходили ближе.




«Главный пассажир» быстро сбегает по трапу, начинает здороваться с казанскими начальниками, пробовать то, что на подносах у девушек. Астахов уже здесь, снимает. Здесь же и «личник» Шаймиева — Михаил Козловский, мы с ним потом проведем весь день вместе.



Встреча заняла минут пять, не больше. Оба президента садятся в микроавтобус и колонна трогается с места. Едем в Казань, по дороге стоят гаишники в лимонных жилетах и картинно показывают жезлами направление движения. Едем, на удивление, довольно медленно. В дороге Евгений Иванович рассказывает нам, что нас ждет на первой точке — куда идем, какой свет, что снимаем. Для себя решаю не мешать Астахову, а фотографировать его рабочий процесс.




Приезжаем в Академию тенниса. Говорят, еще год назад здесь был пустырь, а теперь стоит роскошный крытый стадион с кортами — Казань готовится к проведению Универсиады 2013. Медведева подводят к макету здания Академии, Астахов занимает единственно возможную для съемки позицию. Я ему не мешаю, стою сбоку.




Поснимали у макета, бежим в зал с тренировочными кортами. Обещанного Сафина нет, президент начинает общаться с детьми. Начинается куча-мала, подтягивается местная пресса и те фотокоры из пула, которых привезли из Москвы. Шум, гам, Медведев фотографируется со всеми желающими, раздает автографы. Время идет, охрана начинает тянуть фотографов за ремни, оттаскивать в сторону — нужно двигаться дальше, время не ждет.




Кто-то из маленьких теннисистов уже рыдает — ему не досталось автографа.




Из тренировочного зала бежим в большой, где играют финал какого-то местного первенства. По плану президенты должны сесть на первый ряд трибуны, но они встают около перил. Снимать нечего, Астахов заходит справа, пытается делать снимки оттуда. Пять-семь минут и вся свита покидает зал, выходит на улицу.




Все направляются к микроавтобусам, нужно ехать дальше. Дима трещит своим "Марком", пытаясь снять процессию на ходу. Потом мы вместе бежим к нашему транспорту, отставать здесь нельзя — за несколько часов кортеж должен объехать несколько точек, визит однодневный и времени нет совсем.




Быстро едем в 177-ю школу — самую большую и новую в Казани. Там несколько мест для съемки, но сначала, в узкий аппендикс у бассейна, где в коридоре дети собрались у теннисного стола, пресс-секретарь пускает только Астахова и меня — там просто негде повернуться. Вижу, что лезу Диме в кадр, отхожу в сторону.




Президент вместе с директором школы стоит у окна, за которым бассейн. Дима работает совсем рядом, почти в упор.





Всё, сняли, бежим в спортивный зал, где ребята играют в баскетбол. Здесь опять много народа: дети, фотокоры, охрана, сопровождающие.




Несколько минут на беседу с учениками школы. Мальчик просит у Шаймиева, чтобы тот больше уделял внимания развитию маунтбайка. Кажется, что Минтимер Шарипович с трудом представляет, что это такое, но согласно кивает головой: да, раз интересно, будем заниматься. Я сразу вспомнил место, где у нас активно занимаются маунтбайком. Каждый месяц, практически.




Закончили с баскетболом, все выходят на футбольное поле. Здесь к Медведеву подводят героев Татарстана — игроков «Рубина», обыгравших накануне главную футбольную команду Европы. Президент здоровается со всеми. На снимке — с вратарем Рыжиковым.





— Эй, мальчик, пригни-ка голову...








Прошло уже минут десять, но Медведева не отпускают, он вежливо никому не отказывает и фотографируется со всеми желающими. Охрана нервничает, нужно ехать дальше, в «Корстоне» уже собрался народ, там открывается форум.





На футбольном поле, в общем, заканчивается относительно интересная для фотографа часть визита и начинается сугубый протокол. В большом зале собирается весь политбомонд, здесь сейчас начнется первое заседание форума про спортивные достижения. Свет тусклый, снимать можно только со вспышкой.




Кабинки переводчиков-синхронистов — ну хоть что-то живое. Хожу за Астаховым, (фото Саши Миридонова из Ъ) ищу место, куда приткнуться с камерой.




«В ожидании Годо»





Одинокий Астахов в центре зала, в проходе, куда больше никого не пускают.





Речь президента.








В деловом центре «Корстон» мы задерживаемся часа на полтора, а потом едем в конечный пункт — в городскую ратушу, в резиденцию мэра города. Сначала здесь проходит официальная встреча двух президентов. Я всегда думал, что во время таких съемок люди, которые сидят за столом, делают вид, что они говорят друг с другом. Оказалось нет, они и правда разговаривают, но так, как никогда два обычных человека не общаются между собой — на каком-то официальном, неживом языке.




Здесь снимает только ТВ и «личники», поэтому есть время выбрать точку для съемки. Астахов перебирается с места на место, пытается найти в этой сцене сюжеты для фотографий.




За процессом пристально наблюдает «железная леди» — пресс-секретарь Президента России Наталья Тимакова. Её здесь все слушаются и, похоже, немного побаиваются.








Пока Медведев разговаривает с Шаймиевым, в большом зале собираются чиновники — здесь начнется заседание Совета по физкультуре и спорту при Президенте РФ.





Тимакова садится в кресло, где будет сидеть Медведев, фотокоры и видеооператоры «пристреливаются» к месту.










Задача у Астахова — сделать «живой» снимок президента, сидящего в кресле в центре стола. Получилось сделать это тогда, когда Медведев начал листать буклет.





Последнее, что предстояло президенту после заседания — встретиться с главами международных спортивных организаций. Так называемая, «неформальная встреча» с короткими речами и шампанским в конце. Здесь оставили только две видеокамеры и Астахова со мной.















После того, как разнесли шампанское, президент поговорил с каждым из собравшихся. Последним был владелец заводов, газет, пароходов Алишер Усманов.





Всё, встречи на сегодня закончены. Мне показалось, что я услышал вздох облегчения у Дмитрия Медведева. Это были почти двенадцать часов непрерывной работы на людях. При том, что буквально накануне была поездка в Сербию с тем же графиком. Не позавидуешь. Кто-то, помнится, сравнивал эту работу с «галерами».





Короткий ужин в ресторане напротив казанского Кремля и кортеж движется в аэропорт. Еще два часа и мы выходим на пустынное поле аэропорта во Внуково. Начальство разъезжается на лимузинах, мы с ребятами из «Коммерсанта» берем такси и едем домой. Финита.


P.S. Что хочу сказать в заключение? Мы тут все пытаемся понять, почему так классно получается снимать Обаму и не получается российского президента. Мне кажется, все просто.

Обама или любой другой американский президент — продукт такой политической системы, где политик — это, прежде всего, публичная фигура, он много работает на аудиторию, он актер, оратор. Он доступен для СМИ, он может позволить себе фотографа рядом, в любой ситуации, на любом уровне общения. Поэтому, на картинке — он живой человек, со всеми его достоинствами и недостатками.

Все это никак не соотносится с российскими традициями, сакральностью власти, её закрытостью и нежеланием пускать наблюдающего внутрь системы. Человек с фотокамерой — чужак, его боятся, его ставят в жесткие рамки. Просто потому, что это не нужно, нет такой необходимости. Отсюда и результат.

Сегодня был только один момент, когда можно было увидеть настоящего президента — перед началом форума он уединился в комнате для отдыха, куда никого из фотографов не пустили. А ведь, наверняка, там можно было сделать две-три хорошие фотографии живого человека — уставшего, собирающегося с силами перед очередным выходом под софиты. Просто не нужно этого бояться. Поймите правильно, я говорю не про голый торс и удочки — это совсем другое.

Думаю, однако, что многое можно изменить. Я вижу, что у команды президента есть такое желание, есть и возможности. А уж за фотографами дело не станет. У нас есть много таких, которые работают никак не хуже, чем Пит Соуза.

Спасибо, что дочитали. :-)

Фотографии Дмитрия Астахова из Казани можно посмотреть здесь.


Фотографии: © drugoi

P.S. Особая благодарность интернет-магазину OZOOM.RU за предоставленную для тестовых съемок фотокамеру Canon EOS 5D Mark II и объектив Canon 16-35/2.8
promo drugoi march 31, 17:47
Buy for 2 000 tokens
Вы помогаете самым слабым и беззащитным - детям и взрослым, чья жизнь близка к завершению. Мы не знаем, сколько времени осталось, но с вашей помощью стараемся каждый день жизни наших пациентов сделать комфортнее, теплее и светлее. Спасибо за помощь! Сделать пожертвование:…
дочитал)
трудно личником у президента быть?
трудно, да. просто потому, что снимать там нечего и нет времени на съемку.
"как «тушка» начинает заходить на посадку"

так всё-таки на ИЛ 96 летели или на "ту"?
а завтра к нам, в Калининград, на открытие спорткомплекса с ВВП прилетите?
А часы подарите? :^)
Партия Единая Россия теперь всецело зависит от Путина. Ведь не будь вандальной массовой фальсификации, эта партия выборы бы эти не выиграла. Т.е. в любой момент легитимность депутатов можно оспорить, а значит - ими легко управлять.

http://www.vedomosti.ru/video/nf22_522.swf

Еще бы недвижимость померять, особенно у непубличных главарей :)

Медведев: "поняли о чем статья? Идём теперь по намеченным в ней координатам.
Теперь направо 90*, и еще раз направо 90*.
А теперь полный вперед! :)"
репортаж придворного журналиста..
Часы у главного фотогографа страны
очень похожи на брайтлинг, у нас стоят в районе 5k евро, а у Президента, если я правильно понимаю по фирменной форме, Жирар Перего, одна из разновидностей модели Винтаж 1945, судя по всему стальные, за 12k евро.
рустем, все равно у нас не получится принять медведева как более нового человека власти...
1. потому что он не самостоятелен.
2. потому что у нас менталитет крайностей - с одного конца палки на другую.
3. потому что у русских любых рангов кулаки сжаты по отношению к другим.
4. потому что ты уже не человек этой страны - и никогда им не был, уезжая в свое время в норвегию.
5. потому что тебя сочтут продавшимся.
6. потому что медведев не наберет рейтинг выше путина по причине меньшей экономической власти. а тандемы в этой стране недолги.
7. потому что мы перестали верить себе.

вот вкратце.
успехов.
а.
Медвед - кукла для Пиара
Пока 'президент' позирует и ходит в народ, главарь вершит свои дела с целью узурпации власти.

Пересчетом голосов по заявлению Митрохина Путин придумал обманный ход: фальсификации проводились будто бы и на повышение результата КПРФ, а не, что было на самом деле, чтобы в разы снизить процент отдавших голоса за КПРФ. Вбросы бюллетеней были только с отметками за Единую Россию, подсчет голосов, итоговые результаты тоже подводились под Партию Бюрократов. Этими 20 голосами Патриотов и Яблока Путин решил обмануть общественность.

В то же время, Партия Единая Россия теперь всецело зависит от Путина. Ведь не будь вандальной массовой фальсификации, эта партия выборы бы эти не выиграла. Т.е. в любой момент легитимность депутатов можно оспорить, а значит - ими легко управлять.
Ух! Рустем, большое спасибо за кухню изнутри. Много стало понятнее про такую работу.
Вот еще бы подписи стояли над фотографиями, а не под - вообще было бы отлично.
Предпоследняя фотография забавная очень :)
Вообще интересный рассказ, спасибо. А расскажите вот еще, Рустем, насколько жестко регулируется форма одежды для "придворных" фотографов? Ваши джинсы на фотографии выделяются из толпы :), но снимать в костюме должно ведь быть неудобно, нет?
я не думал, что буду рядом с личником, а то бы надел костюм, конечно. неудобно, но дресс-код нужно соблюдать.